Светлый лик смерти

Аннотация:

Ревность, зависть, в конце концов, любовь - всё может стать причиной убийства или самоубийства. А того и другого в деле, которое распутывает Анастасия Каменская, хватает. Никаких зацепок, совершенно непонятны мотивы убийства двух молодых и красивых женщин и не вполне ясно, почему покончила с собой третья. Известно только, что все трое были знакомы с удачливым плейбоем Владимиром Стрельниковым. Но у того железное алиби. Похоже, что истину знает лишь серебряный Купидон, найденный на теле одной из убитых. Но - увы! - Купидон свидетель ненадежный... Впрочем, Каменской порой достаточно пустяка, чтобы найти верное решение. «Маринина не только пишет детективные романы, но и отвечает на вечные вопросы. Автор относится к своим читателям как добрый и опытный учитель к ученикам, которые нуждаются в поддержке, подсказке и направлении на верный путь. Оптимистичная и практичная в своей дидактике, Маринина ставит перед собой вопрос “как жить” и старается помочь читателю найти свой путь к лучшей жизни в сегодняшнем мире. Своими детективами Маринина пишет современный роман “воспитания чувств”: основная цель автора — воспитание посредством развлечения». — Анатолий Вишевский, Гринелльский колледж, США «Многие романы Александры Марининой в России экранизированы, а в Германии переработаны в радиопьесы. Исходя из того, что цель этих обработок — захватывать зрителей и слушателей таким же образом, как захвачены читатели, то фильм и радиопьеса являются не только дополнительными художественными произведениями, но и интересными интерпретациями, которые проникли в тайну успеха Александры Марининой». — Сара Хэги, Кельнский университет, Германия «В диалогах художественной и тривиальной литературы можно обнаружить разные способы стилизации “устности”, чтобы достичь впечатления спонтанного разговора. Обиходная речь в романах А. Марининой отличается необыкновенно высокой степенью оживленности, что выражается, между прочим, в разных формах обращения собеседников, в различных оттенках вежливости и в эмоциональности используемой лексики». — Вольфганг Штадлер, Университет имени Леопольда Францена, Инсбрук, Австрия